Понедельник, 24.07.2017, 09:31

 


ФЕРМА ЛУННЫЙ КРОЛИК



 


Вы вошли как Гость | Группа "Гости"


 

Block title
«  Июль 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31

Рассказы о зайцах

Материал из Википедии — свободной энциклопедии Очертания зайца на лунном диске Лунный заяц — в фольклоре разных народов мира заяц или кролик, обитающий на Луне. Это представление возникло в силу парейдолической зрительной иллюзии — темные пятна на поверхности Луны воспринимались в виде фигуры зайца или кролика. Наверное, наиболее ранним упоминанием о Лунном зайце является поэтический сборник «Чуские строфы», написанный в древнем Китае во времена династии Западная Хань: там говорится, что в Лунном дворце живёт белый лунный заяц (кит. трад. 月兔, упр. 月兔, пиньинь yuè tù, палл. юэ ту), который, сидя в тени коричного дерева гуйхуа, круглый год толчёт в ступе снадобье бессмертия. Другие поэты времён династии Хань часто называли лунного зайца «нефритовым зайцем» (кит. трад. 玉兔, упр. 玉兔, пиньинь yù tù, палл. ю ту) или «золотым зайцем» (кит. трад. 金兔, упр. 金兔, пиньинь jīn tù, палл. цзинь ту), и эти фразы стали часто использоваться для обозначения Луны. Чуть позднее в Китае появился миф о Чанъэ, которая украла снадобье бессмертия, улетела на Луну и превратилась там в жабу. В более поздних версиях предания о Чанъэ и лунном зайце постепенно слились воедино, и стали говорить, что Чанъэ стала богиней Луны и живёт в Лунном дворце вместе с лунным зайцем. Лунный заяц толчет снадобье бессмертия. Вышивка с китайской императорской мантии, XVIII век. В индийском фольклоре говорилось, что зайца на Луну поместил бог Индра: заяц, принимая божественного гостя в образе нищего, не нашел для него никакой еды и зажарил себя сам. Восхищенный таким поступком Индра воскресил зайца и поместил его на Луну, сделав таким образом бессмертным.


Джоэль Харрис

БРАТЕЦ ЛИС И БРАТЕЦ КРОЛИК










Из сказок дядюшки Римуса

 


Как-то вечером мама долго искала своего сынишку. Джоэля не было ни в доме, ни во дворе. Она услышала голоса в старой хижине дядюшки Римуса, заглянула в окно и увидела, что мальчик сидит рядом со стариком.

Мальчик прислонил голову к плечу дядюшки Римуса, во все глаза глядя в морщинистое ласковое лицо. И вот что услышала мама.

 

— Гонялся, гонялся Братец Лис за Братцем Кроликом, и так и этак ловчился, чтобы его поймать. А Кролик и так и этак ловчился, чтобы Лис его не поймал.

— Ну его совсем, — сказал Лис.

И только вылетели эти слова у него изо рта, глядь: вот он скачет по дороге — гладкий, толстый и жирный Кролик!

— Погоди, Братец Кролик! — сказал Лис.

— Некогда мне, Братец Лис.

— Мне с тобой поболтать охота, Братец Кролик.

— Ладно, Братец Лис. Только ты оттуда кричи, где стоишь, не подходи ко мне близко: блох у меня сегодня, блох! — так сказал Кролик.

— Я видал вчера Братца Медведя, — сказал Лис. — Он такую мне трёпку задал за то, что мы с тобой все не ладим. «Вы, говорит, соседи, должны жить дружно». Я обещал ему, что потолкую с тобой.

Тут Кролик поскрёб лапкой за ухом — вроде как от радости, — встал и говорит:

— Отлично, Братец Лис. Приходи ко мне завтра, пообедаем вместе. Ничего такого нет у нас дома, да жёнушка с ребятками пошарят, уж найдут, чем тебя угостить.

— Я с удовольствием, — сказал Лис.

— Ну, я буду ждать, — сказал Кролик.

Домой пришёл Братец Кролик грустный-грустный.

— Что с тобой, муженёк?— спрашивает Матушка Крольчиха.

— Завтра в гости обещался прийти Братец Лис, — говорит Кролик. — Нужно нам держать ухо востро, чтобы он не застал нас врасплох.

На другой день Братец Кролик и Матушка Крольчиха встали ранёхонько, до света, и пошли в огород; набрали капусты, моркови и спаржи, состряпали знатный обед.

Вдруг один из крольчат, который играл во дворе, бежит и кричит:

— Ой, мама! Ма! Братец Лис идёт!

Тогда Кролик живо — детишек за уши и усадил их, а сам с Матушкой Крольчихой — у дверей: ждут Братца Лиса.

Ждут они, ждут — не идёт Лис. Вот немного погодя выглянул Братец Кролик за дверь потихонечку. Смотрит — из-за угла торчит самый кончик хвоста Лиса. Тогда закрыл Кролик дверь, сел, лапки положил за уши и запел:

— Если миску уронить —

Разобьётся миска.

Если близко лисий хвост —

Значит, близко Лиска.

Вот пообедали Братец Кролик, и Матушка Крольчиха, и все ребятки, и никто им не мешал. А потом приходит Братец Ёж и говорит:

— Братец Лис просит прощенья: он захворал, никак не мог прийти. Он просит, чтобы Братец Кролик завтра пришёл к нему на обед.

Солнышко поднялось совсем высоко; тогда Кролик вскочил и побежал к дому Лиса. Прибегает, слышит — стонет кто-то. В дверь заглянул и видит — сидит Лис в кресле, весь закутанный в байковое одеяло, а вид у него слабый-слабый. Глянул Кролик по сторонам — нигде не видно обеда. Миска стоит на столе, а рядом острый ножик.

— Никак, на обед у тебя курочка, Братец Лис?— говорит Кролик.

— Да, братец Кролик, а какая молоденькая да свеженькая! — говорит Лис.

Тут Кролик разгладил усы и сказал:

— Ты, никак, сготовил без укропа, Братец Лис? Что-то мне в горло не лезет курятина без укропа.

Выскочил Кролик из дверей и стрельнул в кусты, присел и ждёт Лиса. Долго ждать не пришлось, потому что Лис сразу скинул байковое одеяло — и за ним вдогонку. А Кролик кричит ему:

— Эй, Братец Лис! Вот я тут положил на пенёк укроп. Бери скорей, пока не увял!

Так он крикнул и поскакал дальше. И Лис его не поймал.



 

СМОЛЯНОЕ ЧУЧЕЛКО


— Что же, Лис никогда-никогда не поймал Кролика? А, дядюшка Римус?— спросил Джоэль на другой вечер.

— Было и так, дружок, чуть-чуть не поймал. Помнишь, как Братец Кролик надул его с укропом?

Вот вскоре после этого пошёл Братец Лис гулять, набрал смолы и слепил из нёс человечка — Смоляное Чучелко.

Взял он это Чучелко и посадил у большой дороги, а сам спрятался под куст. Только спрятался, глядь — идёт по дороге вприскочку Кролик: скок-поскок, скок-поскок. Старый Лис лежал тихо. А Кролик, как увидел Чучелко, удивился, даже — на задние лапки встал. Чучелко сидит и сидит, а Братец Лис — он лежит тихо.

— Доброго утра! — говорит Кролик. — Славная погодка нынче.

Чучелко молчит, а Лис лежит тихо.

— Что ж это ты молчишь?— говорит Кролик.

Старый Лис только глазом мигнул, а Чучелко — оно ничего не сказало.

— Да ты оглох, что ли?— говорит Кролик. — Если оглох, я могу погромче кричать.

Чучелко молчит, а Старый Лис лежит тихо.

— Ты грубиян, я тебя проучу за это! Да, да, проучу! — говорит Кролик.

Лис чуть не подавился со смеху, а Чучелко — оно ничего не сказало.

— Когда тебя спрашивают, надо отвечать, — говорит Кролик. — Сейчас же сними шляпу и поздоровайся, а нет — я с тобой разделаюсь по-свойски!

Чучелко молчит, а Братец Лис — он лежит тихо.

Вот Кролик отскочил назад, размахнулся и как стукнет Чучелко по голове кулаком! Кулак прилип, никак не оторвёшь его: смола держит крепко.

А Чучелко всё молчит, и Старый Лис лежит тихо.

— Отпусти сейчас же, а то ударю! — говорит Кролик.

Ударил Чучелко другой рукой, и эта прилипла.

А Чучелко — ни гугу, а Братец Лис — он лежит тихо.

— Отпусти, не то я тебе все кости переломаю! — так сказал Братец Кролик.

Но Чучелко — оно ничего не сказало. Не пускает и только.

Тогда Кролик ударил его ногами, и ноги прилипли.

А Братец Лис лежит тихо.

Кролик кричит:

— Если не пустишь, я буду бодаться!

Боднул Чучелко — и голова прилипла. Тогда Лис выскочил из-под куста.

— Как поживаешь, Братец Кролик?— говорит Лис. — Да что ж ты

не здороваешься со мною?

Повалился Лис на землю и ну смеяться. Уж он хохотал, хохотал, даже в боку закололо.

— Ну, сегодня-то мы пообедаем вместе, Братец Кролик! Нынче я и укроп припас, так что ты у меня не отвертишься, — сказал Лис.

...Тут дядюшка Римус замолчал и стал вынимать из золы картошку.

— Старый Лис съел Братца Кролика?— спросил мальчик дядюшку Римуса.

— А кто их знает, — ответил старик. — Сказка-то кончена. Кто говорит — Братец Медведь пришёл, его выручил, а кто говорит — нет. Слышишь, мама зовёт тебя. Беги, дружок.



 

КАК БРАТЕЦ КРОЛИК ПЕРЕХИТРИЛ БРАТЦА ЛИСА


— Дядюшка Римус, — спросил Джоэль вечером, когда старик как будто ничем не был занят, — скажи, когда Лис поймал Кролика Чучелком, он не убил его и не съел?

— Разве ж я не рассказывал тебе об этом, дружок? Ну да, я ведь сонный был, и в голове у меня всё спуталось, и мама как раз позвала тебя. О см же мы тогда толковали? Помню, помню. Ты, никак, и глазки уже трёшь? Нет, плакать по Братцу Кролику погоди. Даром, что ли, он был такой шустрый? Ты послушай, что дальше будет.

Приклеился, значит, Братец Кролик к Чучелку, а Старый Лис ну кататься по земле, ну хохотать. А потом говорит:

— Сдастся мне, Братец Кролик, на этот раз я тебя поймал. Может, я и ошибаюсь, но кажется мне, что поймал. Ты всё тут скакал и потешался надо мной, но теперь конец твоим шуткам. И кто просил тебя лезть не в своё дело? И зачем сдалось тебе это чучелко? И кто это прилепил тебя к нему? Никто, никто в целом свете! Никто не просил тебя, а просто ты сам взял и влепился в это Чучелко! И сам ты во всём виноват, Братец Кролик! Так и надо тебе, так и будешь сидеть, пока я не наберу хворосту и не зажгу его, потому что я, конечно, зажарю тебя сегодня, Братец Кролик. Так сказал Старый Лис.

А Кролик отвечает так смирно, послушно:

— Делай со мной что хочешь, братец Лис, только, пожалуйста, не вздумай бросить меня в этот терновый куст. Жарь меня, как хочешь. Братец Лис, только не бросай меня в этот терновый куст.

— Пожалуй, слишком много возни с костром, — говорит Лис. — Пожалуй, я лучше, повешу тебя, Братец Кролик.

— Вешай, как хочешь высоко, Братец Лис, — говорит Кролик, — только бы ты не вздумал бросить меня в этот терновый куст.

— Верёвки-то у меня нет, — говорит Лис, — так что, пожалуй, я утоплю тебя.

— Топи меня так глубоко, как хочешь, Братец Лис, — говорит Кролик, — только не бросай меня в этот терновый куст.

Но Братец Лис хотел расправиться с Кроликом покрепче;

— Ну, — говорит, — раз ты боишься, как раз и брошу тебя в терновый куст.

— Где тебе! — говорит Братец Кролик. — С Чучелком-то я слишком тяжёл, не добросишь.

Схватил Лис Кролика за уши да как тряхнёт! Отклеилось, упало Чучелко.

— А вот и доброшу, — говорит Лис. Как размахнётся, как бросит Кролика в серёдку тернового куста, даже треск пошёл. Встал Лис на задние лапы, смотрит, что будет с Кроликом. Вдруг слышит — кличет его кто-то. Глядь— там, на пригорке. Братец Кролик на брёвнышке, нога на ногу, сидит-посиживает, смолу из шерсти вычёсывает щепкой.

Понял тут Лис, что опять остался в дураках. А Братцу Кролику позлить его охота, он и кричит:

— Терновый куст — мой дом родной. Братец Лис! Терновый куст — мой дом родной! Вскочил и пропал, как сверчок в золе.



 

СКАЗКА ПРО ЛОШАДЬ БРАТЦА КРОЛИКА


Раз после ужина мальчик прибежал к старому негру, чтобы послушать ещё про Братца Кролика и его приятелей.

Дядюшка Римус был очень весел в этот день.

Только Джоэль сунул голову в дверь, он услышал песенку:

— Где ты, Братец Кролик?

Сидишь на крылечке,

Куришь сигару,

Пускаешь колечки?

И мальчик тотчас вспомнил как гнался за Кроликом Старый Лис.

— Дядюшка Римус, — спросил Джоэль, — а Кролик совсем удрал, когда отлепился от Чучелка?

— Что ты, дружок! Зачем ему было совсем удирать? Такой человек, как Братец Кролик, да вдруг удирать! Конечно, он посидел дома, пока не выскреб из шерсти смолу; день, другой посидел и опять за своё: скачет то здесь, то там как ни в см не бывало.

Все соседи посмеивались над Кроликом:

— Ну-ка, ну-ка, Братец Кролик, расскажи, что случилось у тебя со Смоляным Чучелком?

Уж так-то ему это надоело. Вот зашёл он раз навестить свою соседку, Матушку Мидоус с дочками, а девчонки ну потешаться над ним, ну хохотать. Братец Кролик сидел спокойно, будто оглох.

— А кто это — Матушка Мидоус?— спросил мальчик.

— Не перебивай, дружок. Ну просто так говориться в сказке: Матушка Мидоус с дочками, а больше я ничего не знаю.

Слушал, слушал Кролик, как они потешались над ним, потом положил ногу на ногу, подмигнул девочкам и говорит:

— Милые вы мои, да ведь Братец Лис у моего папаши тридцать лет был верховой лошадью: может, и больше, но тридцать — это наверное.

Так он сказал, и встал, и откланялся, и пошёл прочь медленным, важным шагом.

На другой день заглянул к Матушке Мидоус Братец Лис.

Только стал он вспоминать про Чучелко, Матушка Мидоус и скажи, что говорил тут Кролик.

— Вот как! — сказал Старый Лис. — Ну ладно. Я заставлю Братца Кролика разжевать и выплюнуть эти слова тут же, на этом самом месте. С тем и ушёл.

Выбрался на большую дорогу, отряхнул росу с хвоста и пустился прямёхонько к дому Кролика. Но Кролик ждал его, и дверь была на запоре. Старый Лис постучался. Никто не отзывается. Опять постучался. Опять никого. Тогда он постучался покрепче: блям! блям!

Тут Кролик откликнулся слабеньким голосом :

— Это ты, Братец Лис? Будь добр, сбегай за доктором. Поел я утром фасоли, уж так мне от нёс стало худо! Пожалуйста, Братец Лис, беги быстрей!

— А я за тобой, Братец Кролик, — говорит Лис. — Нынче у Матушки Мидоус праздник будет, я обещал тебя привести.

— Куда мне! — говорит Кролик. — Я и встать не могу.

— Ну, далеко ли тут идти?— говорит Братец Лис.

— Да я слаб, не дойду.

— Ну, я понесу тебя.

— Как, Братец Лис?

— Ну, на руках, Братец Кролик.

— А если я свалюсь?

— Не свалишься.

— Ну ладно, так и быть, только ты на спине меня повези, Братец Лис.

— Хорошо, Братец Кролик.

— А седла-то нет у меня, Братец Лис.

— Ну, я достану седло. Братец /Кролик.

— Как же я буду сидеть в седле без уздечки?

— Ну, я достану уздечку.

— Только тебе ещё нужны наглазники, Братец Лис, а то, чего доброго, испугаешься по дороге — я и вылечу из седла.

— Ладно, и наглазники будут. Братец Кролик.

— Ну, тогда хорошо, Братец Лис. Старый Лис сказал, что довезёт Кролика почти до самого дома Матушки Мидоус, а там ему придётся слезть и дойти пешком. Кролик согласился, и Лис побежал за седлом и уздечкой.

Конечно, Кролик знал, что Лису верить нельзя, вот он и решил перехитрить его. Только успел Кролик шерсть причесать и усы закрутить, глядь — воротился Лис с седлом и уздечкой, смирный с виду, как пони в цирке. Подбежал к дверям, остановился, лапой землю скребёт, грызёт уздечку, совсем как лошадь.

Кролик сел в седло, и они поскакали. Старому Лису в наглазниках не видно, что делается сзади, но вдруг он чувствует — Кролик поднял ногу.

— Что ты там делаешь, Братец Кролик?

— Штаны поправлю, Братец Лис. А всё это время Кролик привязывал шпоры. Как подъехали они близко к дому Матушки Мидоус, где Кролику надо было слезать, стал Лис останавливаться. Тут Кролик как всадит ему шпоры в бока и пошёл, и пошёл!..

Подъехали они к дому. Матушка Мидоус со всеми дочками сидела у порога. Братец Кролик проскакал мимо, прямо к коновязи, и привязал Лиса. А потом входит в дом, пожимает ручки девочкам, сидит, раскуривает свою сигару.

Затянется, пустит колечко дыма, а сам говорит:

— Разве я не рассказывал вам, что Братец Лис ещё моего папашу катал? Он потерял немножко резвость, но я натаскаю его снова за месяц-другой.

Тут Братец Кролик усмехнулся, а девочки — хохотать, а Матушка Мидоус знай похваливает лошадку Братца Лиса.

— И это всё, дядюшка Римус?— спросил мальчик.

— Всё не всё, да хватит. А то будет слишком много холста на пару штанов, — ответил поговоркою старый негр.



 

КАК БРАТЕЦ КРОЛИК ОПЯТЬ ПЕРЕХИТРИЛ БРАТЦА ЛИСА


На другой день мальчик пришёл к дядюшке Римусу послушать, чем кончилась история с лошадью Братца Кролика. Но дядюшка Римус был не в духе.

— Плохим мальчикам я не рассказываю никаких сказок, — сказал он.

— Но ведь я не плохой, дядюшка Римус!

— А кто кур гонял сегодня утром? И кто стрелял из рогатки? И кто в обед науськал собаку на моего поросёнка? И ко мне на крышу кто бросал камни?

— Я не нарочно, дядюшка Римус, и я больше не буду. Пожалуйста, дядюшка Римус, а я коржиков тебе принесу.

— Коржики — они, конечно, лучше на вкус, чем на слух...

— Но, прежде чем старик кончил, Джоэль стрелой умчался прочь, а через минуту вернулся назад с полными карманами коржиков.

— Право, твоя мама подумает, что у крыс по соседству вот как животы раздуло! — усмехнулся дядюшка Римус. — Эти вот я сейчас съем, — продолжал он, раскладывая коржики на две одинаковые кучки, — а вот эти оставлю на воскресенье... Так до чего ж мы дошли? Я и забыл, что у нас делали Братец Лис и Братец Кролик.

— Кролик прискакал на Лисе верхом к Матушке Мидоус и привязал Лиса к коновязи.

— Ага! — сказал дядюшка Римус. — Так вот, привязал он свою лошадь к коновязи, а сам пошёл в дом, закурил сигару. Они болтали с Матушкой Мидоус и с девочками и пели, и девочки играли на пианино. Потом Братцу Кролику пришло время уходить. Попрощался он и пошёл к коновязи такой важной походкой, вроде как барин. Сел на Лиса и поехал прочь.

Старый Лис ничего не сказал. Он только стиснул зубы и поскакал вперёд. Но Братец Кролик знал, что Лис так и кипит от злости. Ох и струсил же он!

А Лис бежал, бежал, пока не выбрался на лужайку, подальше от дома Матушки Мидоус. Тут он как с цепи сорвался. Уж он бесился: и фыркал, и бранился, и визжал, и прыгал, и кружился... Так и этак старался сбросить Братца Кролика со спины. Но Кролик держался крепко. Выгнет спину Лис, а Кролик его шпорами. Старый Лис и вверх и вбок, щёлк да щёлк зубами — чуть свой собственный хвост не отгрыз. Потом вдруг на землю — и ну кататься. Тут Кролик и вылетел из седла. Но, прежде чем Лис вскочил на ноги, Кролик в кусты — и наутёк. А Лис за ним, да так шибко — еле-еле успел Кролик нырнуть в дупло.

Дыра была маленькая, Лису никак не пролезть. Вот лёг он, отдышался, стал думать, как быть теперь с Кроликом. А пока так лежал Старый Лис, пролетал мимо Братец Сарыч.

Увидал, что Лис лежит, как дохлый, — дай, думает, закушу дохлятинкой. Сел на ветку, похлопал крыльями. Наклонил голову набок и говорит, будто сам себе:

— Помер Братец Лис. А мне как жалко!

— Нет, я жив, — говорит Лис. — Я загнал сюда Братца Кролика. Уж на этот раз он не уйдёт, хоть до Нового года буду ждать тут. Потолковали они ещё. Сарыч согласился постеречь Кролика, пока Братец Лис сбегает за топором. Лис убежал, а Сарыч стал, стоит у дупла. Вот, как стало тихо, Кролик подошёл поближе к дыре и кричит:

— Братец Лис! А Братец Лис! Но Лис был уже далеко, и никто не ответил. Тогда Кролик закричал:

— Ах, ты не хочешь отвечать, Братец Лис? И не надо! Всё равно я знаю, что ты тут стоишь. А мне и дела нет. Я просто хотел сказать тебе: вот если б тут был Братец Сарыч!

Тогда Сарыч ответил лисьим голосом:

— А зачем тебе нужен Братец Сарыч?

— Да так, просто тут серая белка в дупле, а жирная, — сколько живу, такой не видал. Был бы тут Братец Сарыч, уж он бы полакомился Белочкой.

Сарыч опять лисьим голосом:

— А как бы поймал её Братец Сарыч?

— А тут, на другой стороне дерева, маленькая дырочка, — говорит Кролик. — Был бы тут Братец Сарыч, стал бы он возле той дырочки, а я бы выгнал оттуда белку.

— Ну гони, гони, — сказал Сарыч, — а я постараюсь, чтоб она не ушла от Братца Сарыча.

Тогда Кролик поднял шум, будто гонит кого-то, и Сарыч побежал на ту сторону ловить белку. А Кролик шмыг из дупла — и во все лопатки домой.

Тут дядюшка Римус взял коржик, откинул назад голову, положил коржик в рот. Потом закрыл глаза и принялся жевать, бормоча под нос песенку.



 

В ГОСТЯХ У МАТУШКИ МИДОУС


Джоэль опять приготовился слушать, а дядюшка Римус взял кочергу и сдвинул головешки, чтобы веселей полыхал огонь.

А потом начал:

— Ты знаешь, конечно, что Кролик был не в ладах с Коровой с тех пор, как выдоил у нёс молоко.

Вот один раз, когда она гналась за ним, да так быстро, что перебежала через собственную тень. Братец Кролик надумал свернуть с дороги и навестить своих добрых друзей — Матушку Мидоус с девочками.

Скок да скок, скок да скок, и вдруг Братец Кролик видит — под кустом лежит Братец Черепаха.

Остановился Кролик и постучался в крышу дома Черепахи. Ну конечно, в крышу, потому» что Братец Черепаха всегда таскает

с собой свой дом. В дождь и в ведро, в зной и в стужу, когда б ты ни встретил его и где б ни нашёл — всюду с ним его славный домик.

Так вот, Кролик постучался в крышу и спросил, дома ли хозяин. А Братец Черепаха ответил, что дома.

— Как ты поживаешь, Братец Черепаха?

— Как ты поживаешь, Братец Кролик? Потом Кролик спросил:

— Куда ты ползёшь, Братец Черепаха? А тот отвечает:

— Просто так, гуляю, Братец Кролик. Тут Кролик сказал, что собрался в гости к Матушке Мидоус с девочками, и спросил, не хочет ли Братец Черепаха отправиться вместе с ним.

— Отчего же, можно, — ответил Братец Черепаха, и они пошли вдвоём.

Поболтали дорогой всласть, и вот уж они пришли. Матушка Мидоус с девочками встречают их на пороге и просят входить, и они вошли.

Братец Черепаха такой плоский, что ему неловко было на полу, и на стуле тоже ему было слишком низко. Вот, пока все искали, на что бы его посадить, Братец Кролик взял его и положил на полку, где стояло ведёрко. Братец Черепаха разлёгся там так важно, будто индюка проглотил.

Ясное дело, зашёл у них разговор о Старом Лисе, и Кролик принялся рассказывать, как он оседлал Лиса и какой замечательный из него получился верховой конь. И все хохотали до упаду — Матушка Мидоус с девочками и Братец Черепаха.

А Кролик сидел в кресле, покуривая свою сигару. Откашлялся он и говорит:

— Я б и сегодня приехал на нём, только я задал ему третьего дня такую скачку, что он охромел на одну ногу. Боюсь, придётся его теперь и вовсе сбыть с рук.

Тогда сказал Братец Черепаха:

— Ну что ж, если ты вздумаешь продавать его, Братец Кролик, продай его кому-нибудь подальше, потому что он уж очень надоел нам в наших краях. Только вчера я встретил Братца Лиса на дороге, и представьте, что он сказал мне! «Эй, — крикнул он, — вот и ты, Грязнуха-Ползуха!»

— Ужас какой! — воскликнула Матушка Мидоус. — Слышите, девочки? Старый Лис обозвал Братца Черепаху Грязнухой-Ползухой.

И все прямо ахнули, как это Лис посмел обидеть такого милого человека — Братца Черепаху! А пока они ахали и возмущались, Лис стоял у задней двери и подслушивал.

Много неприятного услыхал Братец Лис, и вот вдруг он всунул голову в дверь да как крикнет:

— Добрый вечер, друзья! Как поживаете?— и как прыгнет к Братцу Кролику!

Матушка Мидоус с девочками — те подняли крик и визг, а Братец Черепаха подполз к краю полочки и свалился оттуда — да как плюхнется Лису на макушку! Он вроде как бы оглушил Лиса.

А когда опомнился Лис, всё, что он увидал, — это котелок с овощами, перевёрнутый кверху дном в очаге, и сломанный стул. Братец Кролик исчез, и Братец Черепаха исчез, и Матушки Мидоус с девочками тоже как не бывало.

Кролик забрался в трубу — вот почему котелок перевёрнут был в очаге кверху дном.

Братец Черепаха заполз под кровать и притаился за сундуком, а Матушка Мидоус с девочками выскочили во двор.

Лис осмотрелся по сторонам и пощупал свою макушку, куда угодил ему Братец Черепаха. А Кролика и след простыл. На беду, дым и зола доняли Кролика, и вдруг он как чихнёт: апчичхоу!

— Ага! — сказал Лис. — Вот ты где! Ладно, — сказал он, — я выкурю тебя оттуда. Теперь ты мой.

Но Кролик ни словечка в ответ.

— Что же, ты не выйдешь добром?— спросил Лис.

А Кролик — ни слова.

Тогда Лис пошёл за дровами. Приходит и слышит — Кролик смеётся.

— Что ты там смеёшься, Братец Кролик?— спросил Лис.

— Сказал бы, да нельзя, — отвечал Кролик.

— Уж лучше говори, — сказал Лис.

— Да так, кто-то спрятал тут ящик с деньгами, — говорит Кролик.

— Так я тебе и поверю! — говорит Лис.

— Да ты погляди, — сказал Кролик, и только Лис сунул морду в очаг, Кролик все глаза ему засыпал нюхательным табаком; он всегда носил при себе табакерку.

И Лис давай кувыркаться — кувырком,

кувырком за порог. А Кролик вылез из трубы и попрощался с хозяйками.

— Как ты спровадил его, Братец Кролик?— спросила Матушка Мидоус.

— Кто, я?— сказал Братец Кролик. — Да я просто сказал ему, что, если он тотчас же не уберётся домой и не перестанет докучать честным людям, я схвачу его за шиворот и все бока ему обломаю!

А Братец Лис кувыркался и кувыркался, пока не добрался до своего дома.

— А что сталось с Черепахой?— спросил Джоэль.

— «Что сталось, что сталось»! — воскликнул старик. — Вечно дети хотят всё узнать сразу! У тебя глаза уже слипаются. Беги спать, дружок!



 

НЕУДАЧА БРАТЦА ВОЛКА


— Наверное, у мамы твоей гости, — сказал дядюшка Римус, когда Джоэль вбежал к нему с большущим куском слоёного пирога. — А если не гости, так, уж верно, она потеряла ключ от буфета, а ты нашёл его.

— Просто, дядюшка Римус, мне мама дала пирога, а я подумал — притащу его тебе. Старик улыбнулся:

— Спасибо, спасибо, сынок. Этот пирог как раз мне поможет собраться с силами, чтоб рассказать дальше про Братца Кролика и про его друзей.

Тут старик замолчал и принялся за пирог. Он справился с ним очень быстро. Потом стряхнул крошки с бороды и начал:

— Так обозлился Старый Лис на Братца Кролика — просто не знал, что и делать,

совсем нос повесил. Вот идёт он как-то по дороге и встречает Братца Волка. Ну, поздоровались, конечно, — как поживаешь, здоровы ли детки.

Волк и говорит:

— Что-то у тебя неладно, Братец Лис? А Лис отвечает:

— Нет, почему же?

И смеётся и болтает как ни в см не бывало, потому что ему почудилось, что Волк смекнул кое-что. Но братец Волк тоже был не дурак и стал бранить Братца Кролика за его проделки, потому что по всей округе прошёл уже слух о том, как Кролик обманул Братца Лиса.

Потолковали они об этом, и вдруг Братец Волк говорит:

— А ведь я придумал, как изловить Братца Кролика.

— Как?— спрашивает Лис. Волк говорит, что нужно заманить его в дом к Братцу Лису.

— Ну, это дело нелёгкое. Как же его заманить ко мне?— спрашивает Лис.

— Обмануть, конечно.

— Кто ж это сможет его обмануть?— спрашивает Лис.

— Я сам и обману, — говорит Волк.

— Как же ты сделаешь это, Братец?

— А вот как, — говорит Волк. — Ты беги домой и ложись в постель, притворись, будто помер. Лежи и помалкивай, пока Братец Кролик не подойдёт и не тронет тебя. Вот провалиться, если он не достанется нам на обед!

Лису понравилась эта выдумка. Отправился он домой, а Волк — тот прямой дорогой пустился к дому Кролика.

Приходит, а дома как будто никого нет. Но Волк постучался в дверь: блям! блям! Никто не откликнулся.

Он опять постучался: блим! блим!

— Кто там?— спросил Кролик.

— Друзья, — отвечает Волк.

— Друзья друзьям рознь, — говорит Кролик. — Ты скажи, как тебя звать.

— Я с худыми вестями, — говорит Волк.

— Вот и всегда так, — говорит Братец Кролик. — Худые вести меня не ждут на месте. А сам к двери, в щёлку глядит.

— Братец Лис помер нынче утром, — говорит Волк.

— Что же ты не в трауре?— спрашивает Кролик.

— Я как раз и иду за этим, — отвечает Волк. — Думаю, дай забегу расскажу Братцу Кролику, какая беда приключилась. Вот сейчас только я от Братца Лиса. Протянул ножки, бедняга.

С этим Волк и ушёл. Кролик сел, поскрёб в затылке, а там и решил, что сходит к Братцу Лису, узнает, что слышно. Сказано — сделано: вскочил и пошёл. Как пришёл он к дому Лиса — так всё уныло кругом! Подошёл поближе — никто не шелохнётся. Заглянул в дом, а Лис лежит на кровати врастяжку, большой да страшный. Тут Кролик говорит потихоньку, будто сам с собой разговаривает:

— Бросили все бедняжку Братца Лиса. Я всё-таки верю, что выздоровеет Братец Лис, хотя и боюсь, что он помер. И никто не придёт проведать Братца Лиса! Братец Волк и тот

его бросил. У меня, правда, дел по горло, но присмотрю за ним. Так, с виду, он помер. А как под маешь, так, пожалуй, и не помер он вовсе. Потому что, это всякий знает, если придёшь к покойничку, чуть он увидит тебя, сейчас же покойничек подымет кверху лапы и крикнет: «Ого-го!»

Но Старый Лис лежал тихо. Тогда Кролик сказал чуть погромче:

— Странное дело! Братец Лис ну совсем мёртвый, а ведёт себя, как покойнички не ведут. Покойник, если придут взглянуть на него, тотчас подымет кверху лапы и крикнет:

«О-го-го!»

Тут, конечно, Лис поднял лапы и крикнул:

«О-го-го!»

А Братец Кролик — тягу во все лопатки.



 

КАК БРАТЕЦ ЛИС ОХОТИЛСЯ, А ДОБЫЧА ДОСТАЛАСЬ БРАТЦУ КРОЛИКУ


— Старый Лис услыхал, как Кролик проучил Братца Волка, и подумал:

«Как бы и мне не попасть в беду. Оставлю-ка лучше его в покое».

Они встречались частенько, и много-много раз Братец Лис мог схватить Кролика. Но всякий раз, как выпадет такой удобный случай, ему на ум приходил Волк, и он оставлял Братца Кролика в покое.

Мало-помалу стали они дружить. Случалось, Лис заходил даже к Кролику в гости; они сидели вместе и раскуривали трубки, будто между ними никогда и не бывало никакой вражды.

Вот как-то пришёл Братец Лис и спросил, не пойдёт ли Кролик с ним на охоту. А Кролика что-то лень одолела, он и сказал

Братцу Лису, что у него есть в запасе рыбка, он как-нибудь обойдётся.

Братец Лис сказал, что ему очень жаль, но он всё-таки пойдёт, попытает счастья один. И ушёл.

Он охотился день. Удача ему была на диво: дичи набил полную сумку.

А Кролик, как подошло дело к вечеру, потянулся, размял косточки и сказал себе, что Братцу Лису уже время возвращаться домой.

Он влез на пенёк, посмотрел, не видать ли кого. Глядь-поглядь — бредёт Братец Лис, распевает во всю глотку песни.

Спрыгнул Кролик с пенька, улёгся посреди дороги, прикинулся мёртвым. Идёт мимо Лис, видит — лежит Кролик. Перевернул он его, посмотрел и говорит:

— Какой-то мёртвый кролик валяется. Похоже, что он давно издох. Дохлый, а жирный. Такого жирного и не видал никогда. Только он слишком давно издох — боюсь, как бы не повредило.

Братец Кролик — ни гугу! Старый Лис облизнулся, но пошёл прочь — кинул Кролика на дороге.

Чуть скрылся Старый Лис с глаз, Кролик вскочил, побежал лесочком, лёг впереди на дороге.

Идёт Братец Лис, видит — ещё один кролик лежит, дохлый, твёрдый, как деревяшка. Посмотрел Лис на кролика и вроде как задумался. Потом отстегнул свою охотничью сумку и говорит:

— Ишь ты, второй! Положу-ка я сумку, сбегаю за тем кроликом. Принесу домой двух. Позавидуют мне все, что я за охотник.

Бросил под куст свою добычу и побежал по дороге за первым кроликом.

Только он скрылся из виду, Братец Кролик вскочил, схватил его сумку — и домой.

На другой день, когда встретил Лиса, кричит ему:

— Чего добыл ты вчера, Братец Лис? А Братец Лис полизал свой бок языком и отвечает:

— Чуточку ума раздобыл, Братец Кролик! Тут Кролик рассмеялся и говорит:

— Знал бы я, что ты за этим ходил, я бы тебе своего дал немножко.



 

КАК БРАТЕЦ КРОЛИК УПРАВИЛСЯ С МАСЛОМ


— Было когда-то время, — говорил Римус, взбалтывая остатки кофе в кружке, чтобы собрать весь сахар, — было когда-то время — все звери жили дружно, как добрые соседи.

Вот однажды решили Братец Кролик, и Братец Лис, и Братец Опоссум всё добро своё держать вместе в одном чулане. Только у чулана прохудилась крыша, стала протекать. Братец Кролик, и Братец Лис, и Братец Опоссум собрались починять её. Дела тут было много, они прихватили с собой обед. Все харчи сложили в кучу, а масло, что принёс Лис, опустили в колодец чтобы не размякло. И принялись за работу.

Сколько-то времени прошло — в животе у Кролика заурчало, заныло. На уме у него — маслице Братца Лиса. Как вспомнит о нём, так и потекут слюнки.

«Отщипну-ка я от него чуточку, — подумал Кролик. — Как бы мне только улизнуть отсюда?»

Работают всё, работают. А Братец Кролик вдруг поднял голову, уши навострил и кричит:

— Тут я! Тут я! Чего вам надо?

Спрыгнул с крыши и ускакал.

Поскакал прочь Кролик, оглянулся, не бежит ли кто за ним, и во весь дух к колодцу. Достал маслице, полизал и скорее на работу.

— Где ты был, Братец Кролик?— спрашивает Лис.

— Ребятишки позвали меня, — отвечает Братец Кролик. — Беда приключилась: старуха моя заболела.

Работают они, работают. А масло по вкусу пришлось Кролику — ещё хочется. Поднял он голову, уши навострил, крикнул:

— Слышу! Слышу! Сейчас иду! На этот раз провозился он с маслицем подольше прежнего. Воротился, а Лис спрашивает его, где это он пропадал.

— К старухе своей бегал. Совсем помирает, бедняжка!

Опять слышит Кролик, будто зовут его. Опять ускакал. Так чисто вылизал ведёрко Кролик, что самого себя увидел в донышке.

Вычистил досуха и со всех ног назад.

— Ну, как Матушка Крольчиха?— спрашивает Братец Лис.

— Боюсь, что скончалась уже, — отвечает Кролик.

И Братец Лис и Братец Опоссум ну плакать с ним вместе.

Вот подошло время обедать. Достают они свои харчи. А Кролик сидит грустный. Старый Лис и Братец Опоссум и так и этак стараются, чтобы его ободрить и утешить.

— Ты, Братец Опоссум, сбегай к колодцу за маслом, — говорит Лис, — а я здесь похлопочу, на стол накрою.

Братец Опоссум поскакал за маслом, глядь — уж он скачет обратно, уши трясутся, язык наружу.

Старый Лис кричит:

— Что случилось, Братец Опоссум?

— Бегите лучше сами, — говорит Опоссум. — Там масла — ни крошки!

— Куда же оно делось?— говорит Лис.

— Похоже, что высохло, — говорит Опоссум.

Тут Кролик говорит тихим голосом, грустным голосом:

— У кого-нибудь во рту растаяло, вот что! Побежали они с Опоссумом к колодцу — и правда, масла ни крошки. Стали спорить, как могло приключиться такое чудо. А Братец Кролик вдруг говорит, что кто-то наследил тут кругом. Если все лягут спать, он изловит вора, который масло украл.

Вот легли они. Лис и Опоссум — те сразу уснули, а Кролик не спал. Как пришло время вставать, он намазал Братцу Опоссуму морду масляной лапкой, а сам поскакал, с

обедом управился чуть не дочиста, воротился, будит Братца Лиса.

— Гляди, — говорит, — у Братца Опоссума рот-то весь в масле!

Растолкали они Братца Опоссума, говорят ему: ты, дескать, своровал масло. Опоссум ну отнекиваться. А Братец Лис — ему бы впору судьёй быть — говорит:

— Ты! Как же не ты? Кто первый бегал за маслом? Кто первый сказал о пропаже? У кого рот весь в масле?

Видит Опоссум, прижали его к стенке. Он и говорит, что знает, как найти вора: нужно разжечь большой костёр, все будут прыгать через этот костёр, а кто упадёт в огонь — тот, стало быть, жулик и есть.

Кролик и Лис согласились, натаскали хворосту широкую кучу, высокую кучу, а потом подожгли. Разгорелся костёр хорошенько. Вышел вперёд Братец Кролик. Попятился немножко, примерился да как прыгнет — ну прямо как птица перелетел через огонь. Потом вышел вперёд Братец Лис. Отошёл чуть подальше, поплевал на руки, разбежался — и прыг! Низёхонько пролетел, даже кончик хвоста подпалил.

— Ты видал когда-нибудь лисицу, сынок?— спросил дядюшка Римус.

Джоэль подумал, что, пожалуй, видал, но не признался в этом.

— Так вот, — продолжал старик, — в следующий раз, как увидишь лису, посмотри хорошенько, и ты найдёшь у нёс на самом кончике хвоста белую метку. Эта метка — памятка от того костра.

— А как Братец Опоссум?— спросил мальчик.

— А Старый Опоссум — он разбежался я прыгнул — керблям! — прямо в огонь. Тут и конец был старому Опоссу